Не доживали до 30-ти. Какова была смертность в царской России


Эксперты того времени сходились на том, что одними из причин высокой смертности были беднота и тяжелая санитарная обстановка.

 

150 лет назад, в конце октября 1867 года, Александр II утвердил положение «О мерах по определению точной годовой смертности в Петербурге». SPB.AIF.RU вспоминает, какова была статистика, и что писали демографы о положении дел в Российской империи.

«Русская смертность, в общем, типична для земледельческих и отсталых в са­нитарном, культурном и экономическом отношениях стран», — писал доктор медицинских наук, академик Сергей Новосельский в 1916 году.

Ученый считал, что Россия фактически заняла особое место среди аналогичных госу­дарств из-за «исключительной высоты смертности в детском возрасте и исключительно низкой смертности в старческом возрасте».

Следить за подобной статистикой в Российской империи официально начали лишь во времена Александра II, который подписал документ, регламентирующий эту сторону жизни общества. В «положении» Комитета министров говорилось, что лечащий или полицейский врач были обязаны выписывать свидетельства о смерти, которые затем передавались в полицию. Предать тело земле можно было только «по предъявлению кладбищенскому духовенству медицинского о смерти свидетельства». Фактически с момента появления этого документа можно было судить о том, какой была средняя продолжительность жизни мужчин и женщин в стране, и какие факторы могли влиять на эти цифры.

31 год для женщин, 29 – для мужчин

За первые 15 лет ведения подобной статистики стала вырисовываться картина, что страна в огромном количестве теряет детей. На 1000 умерших больше половины – 649 человек – это были те, кто не достиг 15 лет; 156 человек – те, кто преодолел рубеж в 55 лет. То есть 805 человек из тысячи — это дети и старики.

Что касается гендерной составляющей, то в младенчестве мальчики умирали чаще. На 1000 умерших приходилось 388 мальчиков, а девочек — 350. После 20 лет статистика менялась: на 1000 умерших приходилось у мужчин 302 и у женщин 353.

Не доживали до 30-ти.

Основоположник отечественной санитарной статистики Петр Куракин, проанализировав мате­риалы переписи 1897 года и данные об умерших за 1896-1897 годы, посчитал, что средняя продолжительность жизни в Европейской России для женщин была немногим более 31 года, для мужчин – 29 лет. На территории Украины и Белоруссии эти цифры были чуть выше – 36 лет и 37 лет для женщин, а также 35 и 37 лет для мужчин.

В работе «Рождаемость и смертность в капи­талистических государствах Европы» он заметил закономерность: на уровень смертности взрослого населения сказывалось развитие крупной фабрич­но-заводской промышленности.

Не доживали до 30-ти.

На примере Богородского уезда он увидел, что наиболее неблагополучной в этом плане оказалась центральная часть, где по течению реки Клязьма были расположены круп­ные и средние фабрики.

«Наиболее высокая смертность на­селения сосредоточивается здесь, преимущественно, в местно­стях расположения крупных фабричных мануфактур: из 9-ти при­ходов этой местности со смертностью выше 48% — в 7-ми со­средоточиваются самые крупные фабрично-промышленные центры уезда», — писал он.

Еще одним важным фактором, сказывающимся на низкой продолжительности жизни , были эпидемии, выкашивающие целые деревни. Один из организаторов санитарно-эпидемиологической службы, профессор Алексей Сысин писал, что в дореволюционные годы Рос­сия являлась постоянной ареной эпидемических вспышек:

«Отсут­ствовало санитарное законодательство, чрезвычайно слабо была развита сеть необходимых лечебных и санитарных учреждений в стране; государство почти не участвовало в расходах для этой Цели. Как известно, дело борьбы с заразными болезнями было передано в руки местных органов-земств и городов; но никакой обязанности для последних не существовало. В особенно тяже­лых условиях были окраины страны — Сибирь. Средняя Азия, Кавказ, Север; также были обычными очагами эпидемий и наши сельские местности».

«Вымирания детей остаётся несомненным фактом»

Настоящей бедой для страны в те годы была колоссальный уровень детской смертности. К примеру, в Московской губернии, дети-груднички составляли 45,4% общего числа умерших всех возрастов. А, по данным 1908-1910 годов, количество умерших в возрасте до 5 лет составляло почти 3/5 общего количества.

Если в 1867-1871 годах из 100 родившихся в возрасте до года умирало более 26 младенцев, то через 40 лет динамика практически не изменилась. Из ста детей 24 умирали, не дожив до своего первого дня рождения.

Не доживали до 30-ти.

В стране был колоссальный уровень детской смертности. Фото: Public Domain

«Прошло 25-30 лет. Во всех государствах смертность сильно понизилась; даже и там, где она весьма низко стояла, как, например, в Швеции, она уменьшилась чуть не вдвое. Наоборот, России — по этим данным, относящимся к 1901 году, не только сравнительно с европейскими, но и со всеми государствами (исключая одну Мексику) принадлежит печальное первенство в смысле по­тери наибольшего числа младенцев в течение первого года их жизни сравнительно с числом родившихся», — писал директор Централь­ного статистического комитета, профессор Павел Георгиевский.

Эксперты того времени сходились на том, что одними из причин высокой детской смертности были беднота, тяжелая санитарная обстановка и полное отсутствие охраны труда работниц. К слову, именно смертность детей фабрично-завод­ских рабочих была одной из самых высоких в царской России.

О том, что в стране на фоне роста производства растет и детская смертность, писал и Владимир Ленин. В 1912 году была опубликована его статья «Капитализм и народное потребление», в которой он отмечал: «Растет производство сыра, растет производство молока на продажу, богатеют немногие зажиточные крестьяне и купцы, а беднота еще более беднеет. Дети бедных крестьян, оставаясь без молока, мрут в громадном числе. Смертность детей в России невероятно высока».

Не доживали до 30-ти.

Владимир Ленин: «Смертность детей в России невероятно высока».Фото: Public Domain

Добавляли свои краски к общей картине и данные санитарных врачей.

«Население, суще­ствующее впроголодь, а часто и вовсе голодающее, не может дать крепких детей, особенно, если к этому прибавить те неблагоприятные условия, в каких, помимо недостатка пита­ния, находится женщина в период беременности и вслед за нею», — писали один из первых российских детских врачей Дмитрий Соколова и доктор Гребенщикова.

Выступая в 1901 году с докладом в соединённом собрании Общества Русских Врачей, они заявили, что «вымирания детей остаётся несомненным фактом». В своем выступлении Гребенщиков подчеркивал, что «врождённая слабость ребёнка всецело зависит от состояния здоровья его родителей и кроме того, ещё особенно от тех условий, в которых находится мать во время беременности».

«Таким образом, если мы поставим вопрос о здоровье и силах родителей, то, к сожалению, должны сознаться, что общий уровень здоровья и физического развития в России весьма невысок и, можно безошибочно сказать, с каждым годом делается всё ниже и ниже. Причин для этого, конечно, много, но на первом плане стоит, несомненно, всё более и более тяжёлая борьба за существование и всё большее и большее распространение алкоголизма и сифилиса…»

Не доживали до 30-ти.

«Население, суще­ствующее впроголодь, а часто и вовсе голодающее, не может дать крепких детей». Фото: Public Domain

Один врач на 7 тысяч человек

Говоря о доступности медицины в те годы, можно отметить, что в 1913 году общая сумма расходов на медицинскую часть составляла 147,2 млн. рублей. В итоге получалось, что на каждого жителя приходилось около 90 копеек в год. В отчете «О состоянии народного здравия и организации врачебной помощи в России за 1913 год», говорилось, что в империи числилось 24 031 граж­данских врачей, из которых 71% прожи­вал в городах.

«По расчету на все население, городское и сельское, один гражданский врач в среднем обслуживал 6900 жителей, при этом в городах 1400 и вне городов 20 300», — говорилось в документе.

В годы становления советской власти эти цифры стали меняться. Так, к примеру, к концу 1955 года численность врачей в СССР превышала 334 тысячи человек.

* * *

П.С.

Желающие «похрустеть французской булкой» отчего то считают, что советская власть обделила их на графский титул, а не на лапти!

Добавить комментарий

© 2017 Предки и потомки, прошлое и грядущее ·  Дизайн и техподдержка: Goodwinpress.ru